Мякишев Виктор Михайлович

Мякишев Виктор Михайлович

 Мякишев Виктор Михайлович

родился в 1926 году

Виктор Михайлович Мякишев похож на Суворова. На нашего великого полководца. И внешне, и темпераментом, и интонацией в голосе. По крайней мере, похож на тот образ, который мы знаем по кино. Невысокий, быстрый, с живым словом на устах, с юмором, со своей наукой побеждать.

Почётный гражданин города. Сорок лет работает на заводе «Бежецксельмаш». Не отработал, а работал и продолжает работать.

Бывают градообразующие предприятия, а бывают градообразующие люди. Так вот, Мякишев из таких людей. Он сделал много не только для родного завода, но и для родного города.

Родился Виктор Михайлович в деревне Ивановское Калязинского района. С 1949 года живёт и работает в Бежецке.

Окончил Калининский политехнический институт. До этого окончил Калязинский машиностроительный техникум. До Бежецка работал по направлению в Целинограде на заводе «Казахсельмаш».

Вершиной карьеры Мякишева стала должность директора Бежецкого завода сельского машиностроения. И тут надо сказать, что дело даже не в том, что он был на этой должности десять лет, важно другое - он был на этой должности в самые славные годы завода, и эти самые годы он сам и смоделировал, или лучше сказать - создал, привёл к ним завод. Именно он добился, что вопрос о реконструкции завода «Бежецксельмаш» решался в Кремле, было специальное постановление ЦК КПСС и правительства - и в город Бежецк пошли огромные деньги на реконструкцию завода и на развитие города.

Я впервые познакомился с Виктором Михайловичем этим летом, когда наш земляк, крупнейший современный промышленник Алексей Сергеевич Смирнов предложил мне написать следующую книгу из серии «Знаменитые и известные бежечане». Мы обдумывали, о ком будут новые очерки, - и Алексей Сергеевич решительно сказал: «Надо написать о Мякишеве. Платов считает его своим учителем. Мне тоже нравятся такие директора, как Мякишев, как Яковлев, который был директором спирт-завода». Тут же при мне Смирнов по мобильному телефону соединился с Платовым, и губернатор подтвердил своё глубокое уважение к Виктору Михайловичу.

Так вот, начал я собирать материал для книги, приехал в Бежецк, пришёл на завод. Правда, перед этим я увидел на Большой улице стенд «Почётные граждане города Бежецка» и фото Мякишева на нём.

Кстати сказать, мне кажется, на хорошем месте представлены почётные граждане города. Мне кажется, очень уместно им быть рядом с колокольней древнего Введенского монастыря, которая стала символом Бежецка. И вообще это место является как бы сердцем города - здесь место Нектария Бежецкого. Это серьёзное место. Здесь средоточие истории города и здесь духовная тайна Бежецка, именно где-то здесь покоятся мощи нашего святого Нектария.

Посмотрел я на фотографию Мякишева и поехал смотреть на него самого. Я думал, что Виктор Михайлович в его годы работает сейчас на заводе, что называется, на подхвате, консультирует в основном, но оказалось, что и в свои семьдесят семь лет он работает полноправным заместителем директора по производству. Конечно, теперь не те объёмы работ у завода, какие были двадцать лет назад, но всё равно машины делаются, заказы есть, хотя производство, конечно, уменьшилось фантастически. Тогда делали в год 15 тысяч машин, а теперь одну тысячу.

То, что он работает активно и сейчас, я понял по тому, как часто в его кабинет заходили или пытались зайти люди. Некоторые вопросы были неотложными, и наш разговор прерывался. Приходили технологи, инженеры, снабженцы, вопросы были самые разные - от уточнения в чертеже до просьбы не выходить завтра на работу по причине чьих-то похорон.

Я видел перед собой спокойного, умудрённого жизнью, её передрягами и радостями, человека. Всё он повидал, во всех кабинетах побывал - но, самое главное, не утратил вкуса к жизни, не нудит о грустных нынешних временах, пытается, что может, делать сегодня.

Из разговора я понял, что он по натуре такой человек - а именно такие и становятся хорошими директорами - который всё время своё отдаёт работе. Он и сейчас в восемь утра уже в кабинете. Уже решает вопросы. А когда был директором того, мощного, «Сельмаша», то и в семь утра приходил и уходил с работы заполночь.

Сам он признаёт, что всего себя всю жизнь отдавал работе, что семье это не всегда нравилось, но «я так считал, что если у меня всё хорошо будет на работе, то, в итоге, и семье моей будет хорошо».

Начинал Мякишев мастером, через два года его поставили начальником инструментального цеха, потом начальником инструментального производства. «Я старался показать себя на работе. Я хотел быть кем-то».

Кем-то уже значительным он станет в 1961 году, когда на заводе будут организовывать военное производство - будут делать машины для транспортировки и сборки ракет «земля-воздух».

Мякишеву предложат должность заместителя главного инженера по военному производству. «Я очень радовался, что мне поручение такое дали. Это же так интересно. Я стал бывать на совещаниях и в Министерстве обороны, и в обкоме партии. Не раз приходилось беседовать с Георгием Филипповичем Байдуковым, знаменитым лётчиком, летавшим вместе с Чкаловым и Беляковым в США через Северный полюс, а позже ставшим генерал-полковником, одним из руководителей Ракетных войск. Вопросы решались серьёзные. Наши машины стали участвовать в парадах на Красной площади. Мы освоили восемь марок этой боевой техники».

Производство этих машин тогда было секретным. Был построен отдельный цех, со специальным режимом. Работало в нём семьсот человек.

«Были и приключения и поломки»,- вспоминает Мякишев.

Рассказывает об испытаниях боевой техники в прикаспийских степях. Я в армии тоже имел дело с ракетами, и мы тоже ездили на учения в эти степи на испытательный полигон в Капустин Яр. Так что я мог там видеть машины, сделанные в Бежецке под руководством Виктора Михайловича Мякишева. А в Бежецке люди могли по ночам видеть эти машины зачехлёнными. Мне кажется, я тогда их точно видел, возвращаясь под утро со свидания. Виктор Михайлович подтвердил, что по ночам готовые машины выезжали, их перегоняли на станцию.

Был момент, когда ровно половину всей заводской продукции составляло производство боевой техники. И во главе всего этого дела стоял Мякишев.

Поэтому неудивительно, что со временем, когда у вышестоящего начальства встал вопрос, кого поставить директором «Сельмаша», то предложили это место Мякишеву. Вопрос решался в Министерстве автомобильного, тракторного и сельскохозяйственного машиностроения СССР и в обкоме партии, где тогда первым секретарём был Н. Г. Корытков. Мякишеву тогда было 44 года.

Я спросил Виктора Михайловича, как он думает, почему Платов Владимир Игнатьевич считает в какой-то мере его своим учителем. И получил такой ответ: «Значит, что-то увидел в моих подходах к делу Владимир Игнатьевич. Я в своё время поставил его на энергоцех, потом своим заместителем по капитальному строительству. Он со мной прошёл те 10 лет, когда я был директором и начал реконструкцию завода.

Он был инициативным, творческим человеком, стремился достичь цели. Умел работать с людьми в цехе и с высокой властью. Я с лёгким сердцем рекомендовал потом Владимира Игнатьевича директором завода АСО, а потом директором «Сельмаша». Я поддерживал его всегда. А он порой говорил: «Я буду делать, как ты».

Виктор Михайлович считает своей сильной стороной именно умение работать с людьми. Во всех, даже самых конфликтных, ситуациях он стремится сделать человека своим союзником. Как бы тот ни ошибся, нельзя уничтожать, растаптывать человека. «Всегда был вопрос нехватки кадров, поэтому разбрасываться людьми нельзя. И ещё - я всегда ценил людей, которые имеют своё мнение, которые не угодничают. Пусть человек вносит предложение, спорит со мной, главное, чтобы человек стремился сделать что-то полезное для завода».

Мякишев считает, что директор должен быть, прежде всего, профессионалом. То, что он отлично знает производство, говорили мне все, с кем я разговаривал о Викторе Михайловиче. Один рабочий, который, кажется, тоже лет тридцать уже на заводе, Анатолий Камошин, говорил мне с восхищением о Мякишеве как о производственнике. Мол, он видел такие мелочи, которые видел только он один, а потом оказывалось, что от них многое зависело. Один человек мне просто сказал: «Да он прирождённый директор».

На второе место Виктор Михайлович ставит организаторскую политику, потом - экономику. «Но вообще директор должен иметь весь букет. И действительно, видеть то, что не видят другие».

Мякишев, отработав два года директором, увидел, что завод требует реконструкции, что надо выходить на новые мощности, на более современные технологии. Поднять завод на новый уровень своими ресурсами не было никакой возможности. И решил тогда Мякишев поговорить в обкоме с первым секретарём Корытковым. Надо, мол, поднимать вопрос на государственный уровень. Корытков переговорил с секретарём ЦК КПСС К. Т. Мазуровым. Тот разобрался в проблеме и дал поручение правительству.

Получилось так, что инициатива Мякишева подтолкнула руководство государства к принятию самых широких мер по развитию в стране льноводства. Было принято специальное постановление ЦК КПСС и правительства (1975 год), в котором намечалось удвоить объёмы производства завода «Бежецксельмаш». Начали выделять средства. Развернулось на заводе и в городе большое строительство. Построили котельную, теплосеть, много жилья построили, фильтровальную станцию, создали КБ, новый цех пустили со станками-автоматами, стали выпускать новые машины...
 
 На заводе в эти годы работало 4000 человек.

Завод работал над освоением выделяемых средств днём и ночью. Комитет партийного контроля в Москве не раз заслушивал директора завода о ходе выполнения постановления. «С этих заседаний можно было выйти никем»,- вспоминает Мякишев. Порой руководители крупнейших в стране заводов и организаций выходили с заседаний КПК без партийного билета и без своей высокой должности.

Кстати сказать, в те годы руководил КПК такой старый партийный деятель, латыш Пельше Арвид Янович, а его первым заместителем был наш земляк, родом из Теблешей, Густов Иван Степанович. До этой должности он был первым секретарём Псковского обкома партии.

Был такой момент, рассказывает Виктор Михайлович, что постановление вышло, а наше родное министерство во главе с министром С. Д. Хитровым ничего для нас не делает. Поехал Мякишев к министру. Тот его не принимает, чем-то другим занят. Мякишев через секретаря передал, что не уйдёт и ночевать будет в приёмной, пока не переговорит с министром. Всё-таки постановление ЦК КПСС это не шутка, это такой козырь в те годы. И Мякишев этим козырем хорошо воспользовался. Не только у министра. А министр принял, директор всё подробно ему растолковал. Хитров согласился, что надо что-то делать. Сам приехал в Бежецк, принял решение о создании здесь организации «Бежецксельстрой». И закипела строительная работа.

«Ершистый я был», — вспоминает Мякишев.

Но ведь дело того требовало.

Может быть, вот этой настойчивости у своего директора и учился Платов. Я смотрю по сообщениям прессы -губернатор довольно часто встречается и с министрами, и с председателем правительства, добиваясь того или иного для Тверской области.

- Виктор Михайлович, а почему в самый разгар реконструкции, отработав директором десять лет, Вы ушли на другое предприятие, главным инженером на БСК?

- Да я был директором до 1980 года. А произошло вот что. На заводе не все были довольны моей деятельностью.

Кто-то куда-то письмо написал. А первым секретарём обкома тогда был Леонов. Отношения мои с ним не сложились Он хотел быть Иваном Грозным, чтобы все беспрекословно выполняли его распоряжения. А я нередко имел своё мнение и высказывал его. Я был членом обкома. Одним словом, Леонову я не нравился, он стал звонить нашему министру, чтобы меня убрали с завода. Тот говорит, что нет причин, завод план выполняет, Мякишев член обкома, изобретатель и так далее. Леонов жмёт на письма, мол, пишут люди. Так он несколько раз звонил министру.

Тот, видя такое дело, предложил мне должность главного инженера на БСК. Всё-таки с партийными боссами спорить никому не хотелось.

Вообще о Леонове я почему-то ни от кого не слышал добрых слов. Потом был на его месте Татарчук, его особенно не хвалят, но ничего дурного не вспоминают. Был нормальным по тем временам первым секретарём. Вменяемым. А образ Леонова... многие сразу вспоминают песню - «Бежал бродяга с Сахалина...» До этого он был первым секретарём на Сахалине.

Новым директором «Сельмаша» стал В. П. Голдович. Через некоторое время он скажет Мякишеву: «Давай приходи, здесь совсем плохо». И Мякишев вернётся на родной завод.

Не вина Голдовича, что стало «совсем плохо». Просто к этому времени была свернута военная программа на заводе. Боевую технику передали другим заводам. Так что лишились хорошего заказа. И по постановлению, о котором шла речь выше, тоже начались затруднения с финансированием. У государства всё меньше и меньше было денег. Затыкали первостепенные нужды. В общем подходили к тому, к чему в итоге и пришли - к развалу в экономике. К этому времени государству было уже не до завода « Бежецксельмаш ».

Потихоньку наш разговор с Мякишевым перешёл на политику. И я понял, что Виктор Михайлович не коммунист ярый, не демократ ярый, он не вспоминает с умилением социалистический строй и не радуется безумно капиталистическому. Он прагматик. «Дело зависит не от названия. Дело — в конечном результате».

Вот взять проблему льна. Она ведь и в советское время должным образом не решалась, а сейчас совсем запущена. Давайте возродим лён! Давайте! Давайте! Даже опять какое-то постановление правительство приняло - «Развитие льняного комплекса России на 1996-2000 годы». И что? А ничего. Финансирования никакого - и дела никакого. Сейчас решили в Кировской области и ещё где-то отдать льняное дело в руки частного капитала, пусть вкладывают свои деньги и получают прибыль. Может быть, что-то из этого получится. Мякишев совсем не против частного капитала, лишь бы дело пошло.

Кстати сказать, на столе у Виктора Михайловича лежит вырезка из «Комсомольской правды» - интервью В.И. Платова «Лён: расцвет после распада», в котором говорится, что всё-таки в Тверской области идёт рост производства льна. Но проблем очень много, и губернатор говорит, что главная проблема - на уровне федеральной власти. Всё-таки, как он считает, до сих пор нет серьёзной проработанной программы по поддержке производства льна. Он говорит и о высокой степени износа оборудования у производителей и переработчиков. Считает, что, начиная уже с будущего года, необходимо обеспечить техникой и оборудованием хозяйства и заводы за счёт средств федерального бюджета. При этом техника должна поставляться с оплатой в рассрочку на 5-7 лет. Это будет выгодно не только крестьянам и переработчикам, но и федеральному бюджету.

В. И. Платов говорит в интервью и о родном заводе: «В Тверской области имеется единственный в России машиностроительный завод по выпуску льноуборочной техники - «Бежецксельмаш». Сейчас это предприятие переживает тяжёлые времена. К сожалению, Министерство сельского хозяйства России не принимает мер по поддержке завода. А ведь может случиться так, что через несколько лет в стране не будет предприятия по выпуску льноуборочной техники. Администрация области, конечно же, по мере сил помогает заводу, однако возможности регионального бюджета крайне ограничены. Очень надеюсь, что Минсельхоз России всё же обратит внимание на «Бежецксельмаш».

В другом интервью Платова, которое мне тоже показал Мякишев, я прочитал, что «лён, выращенный в Тверской области, уже прошёл экспертизу в лабораториях Евросоюза и признан максимально удовлетворяющим многочисленным требованиям ЕС по сравнению со льном из других частей Восточной Европы».

Так что, может быть, не напрасны усилия губернатора и всех его сторонников, в том числе и В.М. Мякишева, может быть, мы увидим ещё настоящий расцвет льняного дела на древней, прекрасной, а в этом случае главное на самой благоприятной для льна земле.

У Виктора Михайловича двое детей. Сын работает в Москве одним из руководителей завода «Моссельмаш». Дочь в Бежецке - директор медицинского училища.

В кабинете Виктора Михайловича на стене висит красочная фотография: внук на охоте с добытыми утками. Видно, что заядлому охотнику-деду эта фотография доставляет глубокое удовлетворение.

Супруга сорок лет проработала на этом же заводе начальником измерительной лаборатории.

Дело идёт к почтенному юбилею главы семьи. Виктор Михайлович, как мне показалось, с лёгкой усмешкой относится к излишнему пафосу, поэтому пафоса в заключение нашего очерка не будет. Думаю, что Мякишеву по случаю юбилея скорее понравилась бы ироничная строка поэта Михаила Светлова - «Кажется, меня уже почётом, как селёдку луком, окружают».

Заслужили, Виктор Михайлович, заслужили.

Я бы, например, Вам и орден «За заслуги перед Отечеством» дал, заслужили. А то дают бесконечно каким-то эстрадным деятелям и деятельницам. Директор завода - это ноша большая. Да и вся жизнь, отданная заводу, а значит - Отечеству, стоит некоторого пафоса. Так что, простите, Виктор Михайлович, без пафоса не получилось. Дай вам Бог здоровья, и пусть возродится на Бежецкой земле ЛЁН, в самом широком смысле этого слова. И завод возродится.

Когда этот очерк был уже написан, я узнал, что есть свои раздумья о Мякишеве у Вячеслава Ивановича Брагина, который много лет работал вместе с ним. Предлагаю читателям этот текст полностью:

«Так получилось в жизни, что я наблюдаю Виктора Михайловича Мякишева уже на протяжении не одного десятилетия. Когда после окончания БМТ (Бежецкого машиностроительного техникума) я пришёл трудиться на «Бежецксельмаш», работал в ОТК, технологом в механическом цехе, затем - военпредом в цехе малых серий, Виктор Михайлович уже давно был на заводском «верху». Фамилия Мякишева в коллективе предприятия звучала сильно и авторитетно. После нескольких лет перерыва я вернулся на завод уже в новом качестве - освобождённым секретарём парткома, и несколько лет мы в тесном контакте, в товарищеском и принципиальном режиме отношений решали большие и малые проблемы жизнедеятельности «Бежецксельмаша» - самого крупного предприятия города, единственного в стране да и в мире специализированного завода по производству льноуборочной техники, а также машин для других лубяных культур. Далее, когда я был избран секретарём Бежецкого горкома КПСС, а потом его первым секретарём, в наших отношениях появились новые черты, но их общий характер остался прежним.

Теперь, вот уже за двадцать лет перевалило, как мы не связаны с Виктором Михайловичем никакими производственными или официальным отношениями... Но всегда, как только мне выпадает удача вновь побывать в Бежецке, мы почти всякий раз встречаемся как старые друзья.

Завод, особенно в несколько тысяч работающих, - это сложнейшая производственная, организационная, инженерная, социальная система. Это особый мир человеческих отношений. В нём человек просвечивается насквозь со всеми качествами личности, быстро и безошибочно. Здесь легко быть «рядовым», точнее сказать, заурядным, и предельно трудно выделиться характером, сметкой, закрепиться на какой-то заметной ступени, вырасти в малого или большого лидера. Поэтому совсем неслучайно говорят о заводской школе жизни, о рабочей закалке, об испытании производством.

Виктор Михайлович Мякишев, на мой взгляд, блестяще прошёл заводские «огни и воды, и медные трубы». Всё, что касается технологии и инженерии заводского производства, он знает в совершенстве. Абсолютно точно знает, как всё делается на рабочих местах в любом цехе, в любом подразделении «Бежецксельмаша». Для него нет нерешаемых проблем. Он исключительно логичен и изобретателен. Его мышление в высшей степени технологично.. Любая сложнейшая техническая или управленческая задача раскладывается им на простые составляющие элементы и затем решается последовательно и предельно энергично. Естественно, Виктор Михайлович - человек своего времени. Всё охватить, увидеть, понять самому -это его принцип. Самому быть в самых важных делах «пламенным мотором»!.. Ныне, в изменившейся России, в популяции новых менеджеров, эта метода В.М. Мякишева, весьма вероятно, была бы оценена иронично. Но Виктора Михайловича надо было видеть в работе!.. Вот он неожиданно собирает у себя в кабинете все наличные силы конструкторов и технологов, куда перед этим приказал доставить все виды шестерён, со всех сельхозмашин, выпускаемых на предприятии:

- Смотрите, сколько напрасной, никому не нужной работы мы выполняем!.. Зачем нам такое количество шестерён, почти не отличающихся друг от друга ни диаметром, ни профилем зуба, ни ступицей... Задача - в три раза уменьшить их номенклатуру!..

Через некоторое время специалисты вызываются на поиск возможностей унификации звёздочек, затем - валов, корпусов подшипников, редукторов... И так по разным заводским проблемам, по каждому цеху, по каждой службе, из месяца в месяц, из года в год...

Умение видеть то, что не видят другие, отличает большого руководителя. Десятки лет между механическим цехом и сборочным № 20 (цех главного конвейера) росла лебеда и ржавело разное барахло. Только В.М. Мякишеву пришла мысль накрыть это пространство крышей, построить торцевые стены и получить при минимуме затрат на коммуникации оптимально вписавшийся в производственные потоки готовых деталей сварочный цех и участок узловой сборки, что значительно повысило возможности завода, прежде всего, по выпуску льнокомбайнов.

Хотя В.М. Мякишев, на мой взгляд, - образец человека, целиком соответствующего менталитетам и инстинктам заводского организма, в нём удивительным образом сохранилась крестьянская жилка. Он настоящий хозяин, бережливый и предельно рациональный. Я не помню дела, за которое он брался и которое не было бы доведено до конца и сделано, как говорят, на все «сто». После вступления его в должность директора территория завода по всему периметру была обнесена добротным ограждением, преобразилась проходная, в цехах и по всему заводу стало чище, был создан технический кабинет, построена АСУП, произошли многие другие положительные перемены...

Думаю, что не погрешу против истины, сказав, что общественным организациям завода: парткому, завкому профсоюза и комитету комсомола - во многих вопросах было легко работать с таким директором. Во всяком случае, инициативы парткома всегда находили его поддержку. Был создан заводской музей, фактически заново возле деревни Бережа была создана турбаза... О тех годах нашей совместной работы до сих пор напоминают льноуборочный комбайн, стоящий на постаменте возле проходной, и бронзовая мемориальная доска с текстом «Распоряжения Совета Народных комиссаров СССР от 14 сентября 1943 года «О создании Бежецксельмаша».

Виктор Михайлович - стопроцентный элитный «технарь» с незаурядными организаторскими способностями. Абсолютно владеет собой в самых драматичных и ответственных ситуациях. Во многом стихийно, перенимая опыт других, но в основном благодаря природной сметке и личной даровитости, искусно овладел наукой управления.

Я бы сказал, что он по-доброму хитёр. Это тоже от природы. Для пользы дела может быть и актёром...

Я много раз был свидетелем, когда после, казалось бы, самого зубодробительного совещания по спасению от неминуемого производственного провала, когда В.М. Мякишев учинял жесточайший спрос с начальников цехов, производственного отдела и снабженцев, когда они взмыленные и «готовые к бою за программу» вылетали из директорского кабинета на спасительный простор приёмной, в нём происходила моментальная трансформация. С лица слетала непреклонная суровость, он мог шутить и посмеиваться... Видя мое удивление такой метаморфозой, объяснял:

- Видите ли, если кипятиться по-настоящему, то меня надолго не хватит!.. А ведь мне ещё и завтра, и послезавтра приходить на завод и работать с этими людьми...

При всей его порой предельной жёсткости спроса с подчинённых я не помню, однако, чтобы Виктор Михайлович наказал кого-то из своих коллег, скажем, приказом по заводу. В свою очередь, начальники цехов, а это были, как правило, опытные, тёртые производством люди: Н. И. Сизов (кузнечно-прессовый цех), B. C. Свидлер (сборочный № 1), В. А. Беляшов (инструментальный), Н. Я. Хазунов (сварочный), Н. И. Поликарпов (цех малых серий), С. А. Лебедев (механический), А. П. Власов (сборочный № 20), А. А. Шоричев (литейный), В. И. Ильин (ремонтно-механический) - высоко ценили своего директора, многие из них с полным основанием считали себя его учениками.

Благодаря энергии и «пробивной силе» Виктора Михайловича на заводе в короткие сроки был возведён цех малых серий площадью более 11 тысяч квадратных метров, в котором был налажен выпуск спецпродукции, стали изготовляться автотранспортёры для зенитных ракет: изделия 8Т-137 и 9Т-12. Внедрение оборонной продукции в структуру «Бежецксельмаша» ощутимо подняло культуру производства в целом на предприятии, значительно повысило качество сельхозмашин.

В те годы агрокомплекс страны требовал от завода всё больших поставок льноуборочной техники. Много отгружалось её в Болгарию, Чехословакию, Польшу, даже в Китай и Египет. Завод работал с чрезвычайным напряжением, но по своим возможностям он уже не мог удовлетворить все заявки. Требовалось развитие завода на новой качественной и масштабной основе. В.М. Мякишев в те месяцы буквально пропадал в Москве, настойчиво стучался в двери министерств и ведомств, в Центральный Комитет КПСС. Это был расцвет его личных творческих возможностей как инженера-организатора, как человека большого государственного полёта.

(Очень важно, чтобы талантливому человеку в жизни сопутствовала удача, чтобы, как говорится, его звёзды выстраивались в нужное время нужным образом. Я всегда был убеждён и сохраняю это убеждение до сих пор, что Виктор Михайлович Мякишев должен был стать министром отрасли сельхозмашиностроения. У него, на мой взгляд, всё было для этого. И государству от этого было бы немало достатка!..)

Тогда он добился большой победы - принятия Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О развитии завода «Бежецксельмаш» и увеличении производства льноуборочных машин»!..

В этом документе всё было скрупулёзно прописано по годам: увеличение выпуска сельхозмашин, ввод в строй новых производственных мощностей, строительство жилья и т.д. И не вина Виктора Михайловича, что это постановление осталось нереализованным. Страна стремительно скатывалась в «застой», эрозия охватывала все партийные и государственные институты...

Деятельность предприятия была исключительно осложнена тяжелейшими социальными факторами. Жилищный вопрос был одним из самых сложных. Из более чем четырёх тысяч работающих на заводе почти 1200 человек стояли в очереди на улучшение жилищных условий. Получение комнатёнки площадью в 8-10 квадратных метров, даже в перенаселённой «коммуналке», даже в бараках, доставшихся «Бежецксельмашу» по наследству от строительства льнокомбината в конце 30-х годов, для многих, особенно для молодых семей, было пределом мечтаний.

Производство льноуборочных комбайнов и других сельхозмашин сдерживалось хронической нехваткой рабочей силы в литейном и кузнечно-прессовом цехах. Остро не хватало станочников, прежде всего - токарей и фрезеровщиков.

Особым грузом над заводом висела так называемая шефская помощь.

Современному горожанину почти неизвестно это понятие в его значении всего лишь 15-20 лет назад. Из 29 колхозов и совхозов района за «Бежецксельмашем», как самым крупным предприятием города, было на постоянной основе закреплено 5-6 самых отстающих хозяйств района, в частности, совхозы «Поречье», «Молога», «Куйбышевский», колхоз им. Кирова. Обстановка в сельском хозяйстве района, как и повсеместно, год от года осложнялась, и шефская нагрузка на предприятия всё более возрастала, становилась совершенно непосильной.

Решением бюро горкома партии завод, как и все остальные предприятия и учреждения города, включая сферу торговли, бытового обслуживания, образования и здравоохранения, получал совершенно неподъёмные, но строго обязательные для исполнения задания по заготовке кормов, уборке картофеля, льна... Разнарядки спускались на комбайнёров, сеяльщиков, трактористов, порой даже - на доярок. Никакие объяснения и возражения руководителя предприятия в счёт не принимались...

- Где же я возьму столько комбайнёров?.. У меня рабочие только заводских специальностей!.. Если отправлю в колхоз даже всех трактористов, встанет транспортный цех, парализуется завод, но всё равно разнарядку не выполнить!..

Ответы были примерно такого свойства:

- Через отдел кадров выявите всех, кто ранее проживал в сельской местности, имел права механизаторов, их и направляйте!.. Если устарели удостоверения, переучивайте людей, организуйте при заводе курсы комбайнеров... Задание должно быть выполнено!.. Об исполнении доложите на очередном заседании бюро!..

При этом заводу не уменьшалась программа по выпуску льноуборочной техники: льнокомбайнов, льнотеребилок, льномолотилок, льнорасстилочных машин, оборачивателей льна, запасных частей к ним...

За срыв плановых заданий с руководителей завода строго взыскивали тот же горком, обком КПСС и не только они. Так как «Бежецксельмаш» был заводом союзного подчинения, его производственная программа находилась под контролем ЦК КПСС. И никто опять не принимал во внимание никакие оправдательные доводы...

- Вы директор!.. Вы и думайте над этими проблемами.

Никто за Вас их решать не будет!.. Сорвёте заявки села, будете отвечать перед Минсельхозом и ЦК КПСС!..

(А подобный отчёт на бюро партийного органа, известное дело, меньше выговора не обещает!..)

Особо бездушный и вульгарный подход к кадрам в области стал исповедоваться с приходом на должность первого секретаря Калининского обкома КПСС П.А. Леонова. На мой взгляд, в этом человеке были сконцентрированы все признаки набиравшего к тому времени процесса эрозии, глубинного разрушения КПСС. Только один штрих личности этого высокопоставленного самодура. Приехав на тверскую землю после 16-летнего «царения» на Сахалине, он перво-наперво запретил в области публичное исполнение, в том числе и трансляцию по радио, известной народной песни «Бежал бродяга с Сахалина»...

Совершенно незаслуженно, на мой взгляд, пострадал от всевластия этого партийного вельможи-самодура и Виктор Михайлович. Ему даже пришлось покинуть «Бежецксельмаш »...

С честью трудился он несколько лет в должности заместителя директора на Опытно-экспериментальном заводе, но потом всё равно возвратился на свою «альма-матер».

Духовная и физическая стойкость, умение беречь здоровье позволяют ему в его семьдесят с лишним лет сохранять завидную жизненную энергию для того, чтобы продолжать деятельность на родном заводе и прекрасно «держать марку»!..»

Комментарии  

 
+1 #1 Евгений Бушмакин 09.08.2013 21:32
С интересом прочитал статью о В. М. Мякишеве. Действительно этот человек-легенда. С 1972 по 1978 гг. работал на Бежецксельмаше мастером ам потом начальником энергоцеха. В. И. Платов был моим непосредственны м начальником, В. И. Брагин секретарем парткома завода.
Пользуясь случаем выражаю Виктору Михайловичу благодарность за "становление моей личности". Тем богатейшим опытом приобретенному в работе я во многом обязан ему. Крепкого ему здоровья и еще более долгих лет жизни!
г. Иваново, Бушмакин Евгений.
Цитировать